— Вы поработали с Юрием Семиным в трех клубах — «Габале», «Мордовии» и «Анжи». Что у него за характер?
— Семин спокойнее многих, но тоже мог покричать. В эти моменты все в команде осознавали, как давно Семин футболе и сколько наград выиграл — но какие бы крики ни были, после них всегда можно улыбнуться. При этом все могли сказать что угодно друг другу в лицо.
Семин знал, когда нужно быть жестким со мной, а когда меня нужно оставить в покое и дать мне время. Вообще у меня в карьере не все всегда складывалось гладко, но Семин для меня всегда был как отец.
— Семин не одобрял, когда Булыкин у него в «Динамо» надевал перчатки. Как с этим было в «Анжи»?
— Тоже не очень. Надеваешь перчатки, а Семин говорит: «Да не холодно же совсем! Зачем они тебе?» Я в ответ просто улыбался. Даже Семин не всегда серьезен: бывает, что и шутит.
Семин всегда такой, неважно, что за игрок с ним. Когда ты разминаешься и он подзывает тебя, ты уже должен быть готов. Он не хочет видеть, как ты напяливаешь щитки, натягиваешь гетры. Приходится как-то это предчувствовать, а возможно, надевать щитки еще до игры. У меня вот майка всегда надета, и когда меня выпускают на поле, остается только снять куртку.
— Помните игру в России, когда без перчаток было и правда не обойтись?
— Точно в Саранске — против «Локомотива». Нам выдали пледы, мы надели перчатки, пуховики, не знаю что еще, напихивали что-то в обувь, чтобы согреть ступни. Невероятно холодно! Минус 10 или минус 15, уже не помню, да и какая разница.
Статья полностью